Неточные совпадения
И хотя бы судьба послала ему раскаяние — жгучее раскаяние, разбивающее сердце, отгоняющее
сон, такое раскаяние, от
ужасных мук которого мерещится петля и омут! О, он бы обрадовался ему! Муки и слезы — ведь это тоже жизнь. Но он не раскаивался в своем преступлении.
Так что об «
ужасном происшествии» она просто даже позабыла, и только уж ложась в постель и вдруг вновь вспомнив о том, «как близка была от смерти», она проговорила: «Ах, это ужасно, ужасно!» Но тотчас же заснула самым крепким и сладким
сном.
Ночью мне приснился страшный
сон: будто маменька упрекает меня в неблагодарности и говорит правду, но такую
ужасную правду, что я начала стонать.
Мы идем дальше, в другие камеры, и здесь та же
ужасная нищета, которой так же трудно спрятаться под лохмотьями, как мухе под увеличительным стеклом, та же сарайная жизнь, в полном смысле нигилистическая, отрицающая собственность, одиночество, удобства, покойный
сон.
Бурмакин точно от
сна очнулся. В самом деле, это было что-то чудовищное. Такая красота, такая святыня и в такой
ужасной обстановке! Это чудовищно, это почти преступление!
Что делаешь, Руслан несчастный,
Один в пустынной тишине?
Людмилу, свадьбы день
ужасный,
Всё, мнится, видел ты во
сне.
На брови медный шлем надвинув,
Из мощных рук узду покинув,
Ты шагом едешь меж полей,
И медленно в душе твоей
Надежда гибнет, гаснет вера.
Руслан не внемлет;
сон ужасный,
Как груз, над ним отяготел!..
Я не знаю — я не могу припомнить себе, — но какой-то страшный
сон, какое-то
ужасное видение посетило мою расстроенную голову в томительную минуту борьбы
сна с бдением.
Сначала ему показалось, что это был страшный
сон, но увы, он вскоре должен был отбросить это утешительное предположение — то, что совершилось, была
ужасная действительность.
А именно, ощущая себя в совершенно бодрственном состоянии, он вдруг увидел
сон,
ужасный, но настоящий
сон.
Какая благодетельная вещь
сон для несчастных заключенных. Во время
сна они не только отдыхают телом и душой, но и забывают все свои несчастия, все, что их мучает, главное, то
ужасное положение, в котором они находятся.
По целым дням таким манером мы втроем одни проводили, и это мне лучше всего было от скуки, потому что скука, опять повторю, была
ужасная, и особенно мне тут весною, как я стал девочку в песок закапывать да над лиманом спать, пошли разные бестолковые
сны.
— А прочудилась я, — говорит, — у себя в горнице… на диване лежу и все вспоминаю: во
сне или наяву я его обнимала; но только была, — говорит, — со мною
ужасная слабость, — и долго она его не видала… Все посылала за ним, а он не ишел.
Были моменты, что он как будто забывался; ему казалось, что он все это видит во
сне, что он находится под тяжестью
ужасного кошмара.
//"Ах!
ужасный, грозный
сон!
Хотя Иван Тимофеич говорил в прошедшем времени, но сердце во мне так и упало. Вот оно, то
ужасное квартальное всеведение, которое всю жизнь парализировало все мои действия! А я-то, ничего не подозревая, жил да поживал, сам в гости не ходил, к себе гостей не принимал — а чему подвергался! Немножко, чуточку — и шабаш! Представление об этой опасности до того взбудоражило меня, что даже
сон наяву привиделся: идут, берут… пожалуйте!
И как человек во
сне не верит тому, чтобы то, что ему представляется действительностью, было бы точно действительностью, и хочет проснуться к другой, настоящей действительности, так точно и средний человек нашего времени не может в глубине души верить тому, чтобы то
ужасное положение, в котором он находится и которое становится всё хуже и хуже, было бы действительностью, и хочет проснуться к настоящей действительности, к действительности уже живущего в нем сознания.
Воспомнил юноша свой плен,
Как
сна ужасного тревоги,
И слышит: загремели вдруг
Его закованные ноги…
Дело пустое
сон, но так как я
ужасный сновидец, то это меня смутило. Впрочем, авось, думаю, пронесет Бог этот
сон мимо. Ах! не тут-то было;
сон пал в руку.
Я спал безмятежно
сном совершенно мертвым, каким только можно спать после тысячеверстного пути на перекладной телеге, и вдруг сквозь этот невероятный
сон я услышал заупокойное пение «Святый Боже», затем
ужасный, потрясающий крик, стон, вопль — не знаю, как вам и назвать этот
ужасный звук, от которого еще сейчас ноет мозг костей моих…
Уж полно, не
сон ли снится ей, княгине,
ужасный и мрачный
сон! С тупой болью отчаяния она смотрит на исколотые иглой пальчики девочки, на ее бедный скромный приютский наряд, и слезы жалости и обиды за ребенка искрятся в черных огромных глазах княгини. А кругом них по-прежнему теснятся знакомые Софьи Петровны во главе с самой хозяйкой дома. Кое-кто уже просит Маро Георгиевну рассказать сложную повесть «девочки-барышни», попавшей в приют наравне с простыми детьми.
Хочу думать, что все это был
сон ужасный!
Многочисленная прислуга заимки шепотом передавала, что уже несколько лет, как хозяин почти целые ночи проводит без
сна, а если заснет, то его, видимо, мучают
ужасные сновидения — он вскакивает, обливаясь потом, и в этих полупросонках ему кажется, что комната его наполняется грозными привидениями. Он узнает в них давно сошедших в могилу людей.
Такое состояние расстроило его силы, и самым
ужасным мучением было для него то, что, наконец,
сон начал его оставлять вовсе.
Как в тот год, когда я только узнал тебя, я ночи проводил без
сна, думая о тебе, и делал сам свою любовь, и любовь эта росла и росла в моем сердце, так точно и в Петербурге и за границей я не спал
ужасные ночи и разламывал, разрушал эту любовь, которая мучила меня.
Я засыпала, просыпалась и снова засыпала, но это был не
сон, не отдых, а какой-то тягучий и мучительный кошмар. Окровавленный Керим неотступно стоял перед моими глазами. Несколько раз я порывалась вскочить и бежать к нему, освободить его — в тот же миг сильные руки Мариам, дежурившей у моей постели, укладывали меня обратно в кровать. В бессильном отчаянии я стонала от мысли, что ничем не могу помочь ни себе, ни Кериму. Эта была
ужасная ночь…
О, какой это был
сон! Какой тяжелый,
ужасный… Деревянная балюстрада стояла на своем месте. В лунном свете лицо императора улыбалось с портрета. Все было прежним — белые стены, парадные портреты, позолота массивных рам… Впору было бы успокоиться и возвращаться в дортуар, однако новое необычное явление приковывало к себе мое внимание.
Ужасный демон
Приснился мне: весь черный, белоглазый…
Он звал меня в свою тележку. В ней
Лежали мертвые — и лепетали
Ужасную, неведомую речь…
Скажите мне: во
сне ли это было?
Проехала ль телега?
— Приятные вести? — спросил Густав, приподнимаясь на одну руку, не понимая, почему другая не повиновалась. — Ах! я слышал такие
ужасные, не понимаю где, во
сне или наяву? Ради бога, говори!
Завеса спала с глаз его, золотые
сны любви рассеялись как дым, и в этом
ужасном пробуждении они оба с Ферзеном поняли, кому отдано сердце Эммы.
Завеса пала с глаз его, золотые
сны любви рассеялись, как дым, и в этом
ужасном пробуждении они оба с Ферзеном поняли, кому отдано было сердце Эммы.
К утру и совсем успокоился Саша: к нему пришла Женя Эгмонт и все остальное назвала
сном, успокоила дыханием и
ужасным, мучительным корчам луны дала певучесть песни, — а к пробуждению, сделав свое дело, ушла из памяти неслышно.
И особенно похоже было на
сон полосатое бревно шлагбаума, скупо озаренное притушенным фонарем: что-то невыносимо
ужасное, говорящее о смерти, о холоде, о беспощадности судьбы, заключали в себе смутные полосы черной и белой краски.
Буланин не понял всего смысла, заключавшегося в словах Сельского, но тон, каким они были произнесены, и этот незнакомый термин сразу произвели на него впечатление чего-то сверхъестественного и
ужасного, подобно тем простым словам, которые иногда в лихорадочных
снах принимают такое зловещее, потрясающее значение.
Трое отчаянных особенно резко запечатлелись в памяти Буланина, и впоследствии, уже окончив гимназию, он нередко видел во
сне, как
ужасный кошмар, их физиономии. Эти трое были: Грузов, Балкашин и Мячков — все трое без роду, без племени, никогда не ходившие в отпуск и взятые в гимназию из какого-то благотворительного пансиона. Вместе они составляли то, что в гимназии называлось «партией».
Скука длинных ночей; которую нельзя было одолеть даже
сном, толкала их на
ужасные вещи.
Тяжелый
сон!
Ужасные во мне воспоминанья
Остались от него.
Давно ль? И что же! Тьмы татар
На Польшу хлынули рекою:
Не с столь
ужасной быстротою
По жатве стелется пожар.
Обезображенный войною,
Цветущий край осиротел;
Исчезли мирные забавы;
Уныли селы и дубравы,
И пышный замок опустел.
Тиха Мариина светлица…
В домовой церкви, где кругом
Почиют мощи хладным
сном...
— Всю ночь
сны ужасные… Я не встану сегодня с постели, полежу… Надо будет хинину принять. Пришлешь мне чай сюда, мамочка…
Бальзаминов. Если человек со вкусом, да не имеет средств, это
ужасное положение-с! В мечтах все представляется богатство и даже во сне-с…
О! милый! — как мне грустно! будто
Свинец в груди наместо сердца…
Как вспомню, что в последний раз тебя
Здесь вижу — слезы остановятся, дыханье
Редеет… то боюсь, чтоб не пришел отец мой,
То — чтобы час прощанья не пришел…
Ко мне
ужасные теснятся мысли;
Вчерась я видела во
сне, что ты
Меня хотел зарезать.
Пусть
сон мой породило сердце мое, но разве одно сердце мое в силах было породить ту
ужасную правду, которая потом случилась со мной?
И то, что тоска приходила вместе со
сном, сливалась с ним воедино, делало ее непреодолимой и
ужасной.
Елена Андреевна (одна). Голова болит… Каждую ночь я вижу нехорошие
сны и предчувствую что-то
ужасное… Какая, однако, мерзость! Молодежь родилась и воспиталась вместе, друг с другом на «ты», всегда целуются; жить бы им в мире и в согласии, но, кажется, скоро все съедят друг друга… Леса спасает Леший, а людей некому спасать. (Идет к левой двери, но, увидев идущих навстречу Желтухина и Юлю, уходит в среднюю.)
Сон был без сновидений, но пробуждение было еще
ужаснее.
Ужаснее всего было то, что люди могли быть так жестоки, не только эти
ужасные генералы с бритыми щеками и жандармы, но все, все: коридорная девушка, с спокойным лицом приходившая убирать комнату, и соседи в номере, которые весело встречались и о чем-то смеялись, как будто ничего не было.
Сомнения его отчасти подтвердились; но чтобы совершенно убедиться в
ужасной тайне и не навести подозрения жене своей, он притворился спящим и храпел так, как будто бы трое суток провел без
сна.
Это еще начало; оскорблений тебе будет еще больше: предстанут тебе еще сильнейшие борьбы со взяточниками, подлецами всех сортов и бесстыднейшими людьми, для которых ничего нет святого, которые не только в силах произвести то гнусное дело, о котором ты пишешь, то есть подписаться под чужую руку, дерзнуть взвести такое
ужасное преступление на невинную душу, видеть своими глазами кару, постигшую оклеветанного, и не содрогнуться, — не только подобное гнусное дело, но еще в несколько раз гнуснейшие, о которых один рассказ может лишить навеки
сна человека сердобольного.